23:37 Забавное было представление и хорошие у Ванечки одноклассники. Правда в результате непонятно когда мне получится доделать то, что было обещано разным людям на работе. Завтра-то и послезватра —  фотографический семинар, на который я записан…

21:52 Тимоха не выспался утром и отвратительно скандалил, так сильно, что Манечка решила его в садик не водить, вместо этого положила спать что-то около одиннадцати, а может быть даже раньше.

Новостей никаких, все жизненные силы уходят на работу и вечером Сашке почитать (читаем с ним вторую книжку "Денискиных рассказов"). Завтра вставать ни свет, ни заря, ехать сначала на работу, потом в Университет, там у Ванечки представление Шекспира, где Ванечка выступает, кажется, режиссёром. Посему пойду скорее спать.

22:56 Влажный день. Солнечно, но в воздухе какой-то туман, что ли?

Новостей никаких, если не считать изматывающего занятия по айкидо и вечером гостей (почему-то дым от жаровни в глаза всё время норовил попасть). Очень спать хочется, но дети до сих пор не спят…

22:00 Надо же как интересно, тот хороший старенький сенатор, с которым вчера Чарли Роуз по телику разговаривал, он сегодня был на радио с Терри Гросс и выяснилось, что он, ко всему прочему, поёт и на скрипке играет (которая fiddle), и даже пластинку выпускал в 78 году, и жену сильно любит после шестидесяти восьми лет совместной жизни, поэтому ей песни посвящает.

Под утро во сне меня в американскую армию призывали, а я не хотел и раздумывал, в какую бы страну отправиться жить?

Глебушка позвонил, сказал, что не приедет на семинар Шанидзе, и вообще к нам не приедет, пока у него жизнь не устроится. А я ужаснулся — наверное, ведь, и меня вот так кто-то куда-то зовёт, а я не слышу, не понимаю, не еду, ссылаясь на важные, как мне кажется, причины…

21:51 И действительно, сначала выдалось серенькое прохладное утро, затем солнечный, но не жаркий день. Чудеса!

С Тимохой что-то случилось, всё утро ревел белугой, визжал дурным голосом по малейшему поводу, выспаться никому не дал, я так разнервничался, что забыл позвонить матушке, вспомнил только днём, когда уже поздно было. Ну и то, что я за Ванечкой утром ездил, тоже поспособствовало забыванию…

Ванечка совсем большой стал, ростом чуть ли не с меня, говорит грубым голосом, в отличие от прошлых разов не игнорирует мелких братиков, а снисходительно им помогает, разговаривает и т.д. Не так здорово, как Манечкин брат Луисик, но есть надежда… Мы все вместе катались на велосипедах, сначала во дворе (и Ванечка грохнулся нарочно, чтобы не врезаться в Тимоху, причём так грамотно это сделал, ничего себе не повредил), потом в парке (мы с Ванечкой своим ходом туда доехали, а Сашку и Тимоху Манечка на машине довезла). Сашка тоже катался совсем хорошо, в горку ездил, хоть и было ему тяжело — с одной-то передачей, не ныл ни разу, когда упал, то приговаривал "терплю-терплю-терплю" и не плакал, и вообще вёл себя как настоящий герой. Все вместе угостились ежевикой с кустов в парке, отдавая самые лучшие ягоды Тимоше, потом дома Ванечка показал Сашке занятную игрушку на интернетке, и уже был вечер, пора было Ванечку домой везти. По дороге видели очень красивый закат и высокие Олимпийские горы.

В общем, мальчишки были молодцы и все остались очень довольны. Тимоха даже не хотел Ванечку отпускать домой, просился с ним поехать.