Утром было светло, днём дождь пошёл, и будет идти несколько дней.

Паша говорит, что у матушки пока без изменений, ей подбирают лекарства, но голос — бодрый.

Фотография при вьезде в Редмонд:

Ночью было -3.3°Ц, колибрина поилка замёрзла, но не окончательно, что-то жидкое осталось, а когда я пришёл её перезаправить, один красноголовый самец не смог сдержаться, сел на дужку и пил, пока я поилку держал в руке, никогда раньше такого не было. Днём за окном коричневый певчий воробей прекрасно выступал, только я не успел его сфотографировать, к сожалению.

Паша утром ответил, что матушка в больнице, и аритмия у неё всё ещё продолжается.

Я днём пытался работать, ничего хорошего не сделал. Вечером прошли с Манечкой кружок по парку, я сфотографировал дорожку:

Теперь падаем спать, надеясь, что завтра что-то в мире станет лучше.

Ночью было -2.8°Ц, днём +4.3°Ц, солнышко светило.

Паша мне вчера вечером написал, что матушка в больнице пока без изменений, и что ей всё там нравится.

Утром узнали тошнотворные новости про войну.

Фотография приятного самца джунко за домом:

На работе мне поставили хорошую оценку за второе полугодие 2021, можно пока не искать новое место. Вечером поиграли музыку с Сашей, сегодня плохо получилось, видимо полшестого вечера для него — слишком поздно.

Ночью было -5.4°Ц, днём +2.5°Ц.

От матушки никаких новостей.

Я днём ездил к зубному, полтора часа терпел, теперь три передние зуба выглядят как раньше, но на самом деле — временные коронки. Фотография по пути от врача домой:

Вечером к Манечке приехала в гости подруга, они беседовали, а я рядом сидел, чему-то научился.

Ночью выпало чуть-чуть снега.

Паша утром прислал сообщение, что говорил с маминым врачом, состояние её — средней тяжести, должны были сделать эхограмму сердца, и начать подбирать лекарства.

Я весь день на работе провёл в дурацких совещаниях, ничего не успел.

Фотография птичьих следов на балконе, они весь день кормились и натоптали:

Вечером хорошо пообщались с Тимошей.

Погода холодная, днём было светло.

Матушка в больнице с диагнозом «мерцательная аритмия», в Видном.

Фотография улицы по пути за едой утром:

Дети благополучно вернулись из-за гор, Тимоша говорит что понимает примерно половину китайских разговоров.

Завтра опять на работу и обещают холод.

Погода сложная, с севера идёт холод. Переживаем как наши дети поедут через горы.

Матушка на компьютерное сообщение не ответила, по телефону голос у неё был вполне бодрый, но разговаривать она не стала, сказала, что чувствует себя плохо.

Мы с Манечкой занимались домашними делами, кормили птиц и белок, я сфотографировал колибри на еловой ветке:

Из этой фотографии понятно, какие они крохотные.

Завтра, оказывается, тоже выходной!

Погода холодная и мокрая.

Матушка написала, что чувствует себя неважно.

Мы весь день просидели дома. К Манечке приходила в гости подружка. Я чинил свет в коридоре: третий провод нашёлся, и то что там где-то неправильная нейтраль — вроде ни на что не влияет, пока поживём так. В какой-то момент придётся приглашать настоящего электрика, тогда и починим по-настоящему.

Фотография одного из Манечкиных чудиков:

Грустно.

10°Ц, днём солнышко выглядывало.

Матушка написала, что ей чуточку легче.

Тимоша с Мили (а также её братом и его подружкой) уехали погостить к её родителям на восток штата.

Мы с Манечкой во второй половине для вечером ходили гулять видели удивительной оранжевости спиленное дерево:

Вечером приезжали гости, хорошо пообщались.

Погода серенькая, ночью было почти 5°Ц, днём — чуть меньше 8°Ц. На кустах за домом новые почки-побеги растут:

От матушки новостей никаких, днём когда я мог спросить уже было поздно в Москве.

Днём пытались с Сашей играть музыку, но не очень-то хорошо получилось: мне в голову всё время лезла мрачная нисходящая линия, и Саша не смог с ней справиться.

Вечером смотрели с Манечкой научпоп про Рим.

Днём солнышко светило, но как-то слабовато, поэтому мы включали лампы на кухне, и получался странный свет.

Матушке то ли лучше, то ли не очень. Я спросил у Паши «могу ли я как-то помочь?», получил в ответ какие-то гадости.

Днём обедали с Митей, хорошо пообщались, вот его портрет:

(Ваня тоже собирался, но видимо не проснулся, не ответил вовремя.)

Тимоша с другом выступили на каком-то конкурсе, рассказали о своём проекте, остались довольны. Даже если им приза не дадут, опыт оказался действительно ценным.

Погода не очень, холодная и тёмная.

Дети утром вскочили вскоре после семи, разбудили нас, уехали.

От матушки пришло утром коротенькое сообщение «спасибо», вечером она сказала, что ей получше, а больше ничего…

Я на работе трудился и совещался, вечером съездил за вином и орехами для птиц, по пути сфотографировав улицу, по которой раньше детей в школу возил:

В воскресенье обещают арктический холод.

Ночью шёл дождь, и днём тоже, фотография синички на мокром дереве за домом:

От матушки никаких новостей, Ваня тоже с ней не связался.

Погода, действительно, прекрасная: солнышко, днём было 13°Ц. У соседей выросли крокусы:

(Сфотографировано на прогулке с Тимошей, мы с ним всю прогулку разговаривали про выбор карьеры и т.п.)

Матушке плохо, никаких подробностей у меня нет. Вечером мне Ваня прислал сообщение «привет, что как?», я ему ответил, что мне кажется, имеет смысл ему что-то Маме написать, как-то её поддержать и мотивировать жить, что ли?

Я днём смотрел в сломавшиеся электрические цепи, тыкал вольтметром и омметром, думал. Понял, что у нас тут есть две разные проблемы, хотя может быть и частично связанные: проблема №1: не хватает одного провода у крайнего выключателя из трёх (должно быть три, а их два, не считая местной идиотской «земли», которая у нас таки — земля), и №2: где-то перепутано подключение «нейтрали», и между теми двумя проводами почему-то 90 Вольт (а между «землёй» и «нейтралью» — 30 Вольт, чего никак не должно быть). Буду смотреть дальше.

Солнечный день.

Маме плохо, говорит, что даже на сообщения отвечать нет сил.

Мы днём ходили погулять вчетвером по соседнему городку, я сфотографировал Тимошу с Мили:

Я днём пытался починить электричество, понял, как именно сломался один из выключателей, но никак не пойму как эта система работала — не хватает одного провода! Завтра попробую разобраться.

Манечка вечером поехала на теннисный турнир.

Завтра обещают прекрасную погоду.

Погода получше.

Матушка — лаконична: «лечусь», и больше ничего.

На работе у меня всё спокойно, потихоньку программирую NC-SI.

Днём дрозд клянчил еду, а потом прятался в кустах, боялся, но я его всё-таки сфотографировал:

Вечером гуляли с Манечкой, видели орла в парке.

Погода не очень.

Матушка болеет.

Манечка из последних сил играла в теннис утром. Тимоша стонет от учебной нагрузки. Ванечка вечером прорезался, и не так, чтобы сильно грустный был. С Сашей поиграли музыку, местами даже и хорошо.

На работе я начал программировать основы обработки NC-SI запросов.

Вечером посмотрели неплохое кино с Майклом Дугласом, а потом ещё сколько-то минут содержательного интервью. Фотография Манечкиных гвоздик на кухне:

Опять такая же погода, как вчера: сначала вроде светло, потом с моря облака затягивают небо.

Мама болеет. Утром ответила, что ей плохо, а сейчас (у них утро завтрашнего дня) не отвечает.

Я на работе научился связывать две разных QEMU через socket, теперь можно начинать писать то, ради чего меня наняли в эту группу. Обедали с Аделем, фотография на пути домой:

Вчера вечером полтора часа беседовали втроём с Тимошей, обсуждали современную жизнь. Я устал, а они с Манечкой были счастливы.

Утром было светло, а потом с моря налетели облака.

Маме, как она говорит, плоховато. Будем надеяться, что организм справится.

Манечка утром поняла, что вчера повредила себе плечо, и что лучше бы ей не играть на теннисном турнире. Но замены себе не нашла, поэтому всё-таки играла. Их команда выиграла, и даже плечо почти прошло. Тимоша утром уехал учиться, точнее сдавать какой-то экзамен. Вечером он на нас тренировался рассказывать про их проект, потом мы с ним сходили погулять, обсуждали всякие технические детали.

Я на работе провёл день в совещаниях, по большей части — содержательных, но устал зверски. Вечером съездил за едой и отвезти голосовательные бумажки. Фотография по пути в Редмонд:

Ночью шёл дождь, днём чуть-чуть светлело, а потом опять стало темно.

Матушка ответила, что ей фигово, но про лёгкие ничего плохого не сказала.

Манечка, несмотря на все болящие от тенниса части тела, опять ходила тренироваться, а завтра у неё турнир. Тимоша с Мили спали полдня, потом полетели на работу и учёбу.

Я на работе пропустил первое совещание, исправил ошибку, потом заставил одного коллегу починить ту хрень, из-за которой я не мог в пятницу ничего запулить в общее кодохранилище (и я не один такой был). Ещё хорошо поговорили с двумя людьми, а потом я исправил ещё пару вещей.

Гулять никто никуда не ходил, фотография одной из Манечкиных розочек, которые всё ещё не завяли:

У Михи в театре — новый спектакль, и он там играет главную роль, и вроде бы у них маски перестанут быть обязательными с 15 февраля, но у Манечки — турниры…

Погода была светлая и тёплая.

Мама утром мне написала «не звони, я заболела и собираюсь спать».

Утром я пытался починить сломавшийся выключатель света в коридоре, но открыв его, понял, что всё как-то не очень просто: он — 4-way, то есть — один из трёх выключателей, но почему-то этот, сломавшийся, присоединён всего двумя проводами и землёй, и вольтметр-омметр не только не проясняет ситуацию, но наоборот. Потом я пытался изучить, каким образом из показаний сенсора извлечь что-то осмысленное, но тоже ничего не понял.

Днём ходили гулять с Манечкой, вот фотография нашей улицы и горы на заднем плане:

Вечером Манечка съездила на теннисный турнир, их команда выиграла, но особой радости от этого не получилось — противники слабые попались.

Погода всё ещё невнятная.

Я возился с маленькими компьютерами, запустил программу для вот с этого сенсора:

3 на 3 миллиметра размером, измеряет температуру, давление, влажность, и концентрацию органических газов. Когда проводки хорошо присобачены, всё очень хорошо работает.

Вечером Манечка съездила посмотреть как играют их теннисные противники, а потом мы слушали содержательную лекцию.

Ещё я закончил читать «Швейка», жалко, что он так обрывается… И издание было гадское — с поломанными примечаниями.

Погода опять гадкая: холодная и тёмная.

Манечка поиграла в теннис, потом готовила праздничный обед для Г.Я. Тимоша учится, работает, возит девушку туда-сюда. Я собирался поплавать, но понял, что моральных сил не хватает, не поехал. На работе тоже толком не дали потрудиться, замучали совещаниями.

Фотография мокрого куста за домом:

На фотографии видно почки, значит скоро весна. Птицы поют уже вовсю.

Во сне никак не получалось найти Убер, чтобы поехать в Горки откуда-то с северо-востока Москвы, а потом не получалось приготовить кофе уважаемому гостю. Днём опять была тёмная и мокрая погода, а у меня на работе опять — скучные совещания. Но были и хорошие моменты: немного получилось запрограммировать, и коллега-буддист из Мичигана вполне содержательно трудится. Также поиграли музыку с Сашей, немного странно, но местами — красиво. Ещё я съездил переслать посылку другу Юре, по пути сфотографировал улицу с заборами:

Манечка утром поиграла в теннис, днём работала над одной из своих картин. Вечером обыграла меня в биллиард, а ещё мы опять посмотрели неплохой фильм Вуди Аллена «Cafe Society». Теперь падаем читать.

Утром пришлось подниматься рано, образовалась куча содержательного времени. Вставать пораньше — отличная идея!

На работе дело движется, получилось что-то содержательное запрограммировать, также — поплавать, а на обратном пути сфотографировать красивое дерево:

Вечером закончили с Манечкой смотреть «Льюиса», теперь можем делать, что хотим!

Днём была прекрасная погода, с белыми тучками на голубом небе:

Вроде бы китайский новый год? А завтра — день сурка?

Манечка играла в теннис на турнире, они с партнёршей выиграли у более сильных соперниц. Тимоша ездил учиться в университет. Я утром пытался программировать, днём мы с Андреем К. вместе пообедали в Daman’s, потом у нас были ещё совещания, поэтому ничего закончить не получилось.

Завтра рано вставать, поэтому скорее в кровать с книжкой.

Утро было тёмное, потом посветлело.

Манечка играла в теннис, потом рисовала — закончила новый натюрморт, хотя наверняка ещё будет подправлять, как обычно. Я на работе сначала сидел на дурацком совещении, потом помогал сотруднику в Мичигане, он там что-то запустил, а я — нет.

Фотография света днём:

Вечером выяснилось, что Тимоша где-то посеял бумажник. Попереживали, нашли. Самое главное — никто ни на кого не ругался и не осуждал.

Погода испортилась, днём потемнело и пошёл дождь.

Я весь день возился с маленькими компьютерами и Zephyr, научился отлаживаться на Vegaboard, присобачил к ней сенсор углекислого газа, но что-то всё равно не работает, а осциллограф подключать было лень. Зато вроде понял как обработчики прерываний там делать, это мне для работы нужно.

Гулять никто не ходил, фотография Манечкиных роз на кухне:

Вечером посмотрели жуткую серию Льюиса. Я почему-то думал, что его всё ещё снимают, а оказывается, закончили в 2016, так что нам осталось всего ничего.

Погода приятная, светлая.

Утром Манечка побежала на теннис, дети спали внизу, а я учился, пытался понять, почему Zephyr страшно умирает на HiFive1-RevB, пока не понял. Зато научился restart маленькую систему в отладчике.

Ближе к вечеру приходила в гости Г.Я., зажарили рыб на доске, за обедом немного пообщались с Тимошей и Мили. Фотография в процессе подготовки огня:

Днём хорошо пообщались с Потапушкой через компьютер.

Ещё я вчера в Швейке добрался до начала анабасиса, сегодня мечтаю скорее продолжить чтение.

Солнечный день, птицы прекрасно пели за окном, надо будет попробовать записать их пение, вставить в музыку.

Манечка играла в теннис, вечером ездила общаться с подружкой. Я на работе с помощью двух сотрудников научился присобачивать network backend к своему виртуальному устройству, послал некий пакет и он принялся. Но на это ушёл весь день, ни погулять ни поплавать не вышло. Фотография из окна «кабинета» на закате:

Вечером посмотрели с Манечкой первую серию восьмого сезона «Льюиса», где молодой товарищ стал главным, порадовались. Теперь падаем спать, я ужасно хочу узнать, что произойдёт в XV главе Швейка под названием «Катастрофа».