Погода опять солнечная и холодная, но колибрины поилки пока не замёрзли.

Почта принесла английскую поилку, которую я надеялся совокупить с американским подогревателем, но как часто случается, штука оказалась негодной: во-первых, в этой «крыше» не предусмотрено дырки для слива воды, поэтому она быстро наполнится водой от дождя и снега, а во-вторых, она зачем-то огромная — чуть не 600мл, сироп там прокиснет и испортится, такое количество нашим птицам за всю зиму не выпить. А жалко, крыша бы им не помешала…

Утром пришло сообщение от Ваниной мамы, что он потерялся, через пару часов — что нашёлся, хотя был потерян со вчерашнего вечера.

Манечка усовершенствовала картину с детьми, наклеив на неё Сашины карточки, стало веселее.

Я днём учился программировать Arduino в контексте LinnStrument, надеялся починить дрыгающееся expression колесо, но пока не смог: там, всё-таки, 30 тысяч строк, хоть и прекрасно написанных, но требуется какое-то время, чтобы осознать как именно они это всё сделали, а я ещё и отвлекался. Кстати, американский VSCode теоретически умеет работать с Arduino кодом, а практически — ужасный геморрой. У английского Sublime Text есть свои собственные проблемы, но в общем он гораздо способнее.

Фотография Манечкиного маленького цветка на кухонном столе, раз уж никто никуда не ходил:

Вечером посмотрели новомодный фильм «На западном фронте — без перемен».

Опять светло и холодно, но птичьи поилки не замёрзли.

Манечка играла в теннис с китаянками, со всеми выигрывала, но к концу игры поняла, что спина у неё всё-таки болит.

Я опять работал из дома, пытался отлаживаться на Palladium, но ни хрена не получилось. Зато полностью запорол операционную систему на казённом компьютере, придётся её на неделе как-то восстанавливать…

Фотография голодной и слегка потрёпанной синички за домом:

А ещё сегодня вышла новая пластинка музыканта известного как Pole, похоже, хорошая. Пойду её слушать.

Погода светлая, но холодная. Птички нахохлились:

Я дома болел и одновременно работал, а днём мы с Сашей музыку поиграли немного. Манечка наводила порядок внизу, позвала меня выгнать из дома на холод трёх огромных тощих пауков. Теперь мы в тепле, а они на морозе.

А ещё мы с Манечкой обнаружили, что у нас была выкручена ручка «Subwoofers» на той, штуке, из которой телевизионный звук идёт. Я думал, что раз у нас нет никаких subwoofers, то можно на неё внимания не обращать, а оказалось, что есть маленькие, встроенные. А мы мучались несколько дней, никак не могли понять, почему такой ужасный звук.

Холодно, и всё ещё ясно (хотя обещали облачность).

Я утром что-то неправильное сделал на зарядке, и повредил себе большую ходильную мышцу на левой стороне. Сначала ничего не заметил, а днём передвигался как Паниковский. Завтра буду дома болеть.

Вчерашние трудности на работе получилось преодолеть: QEMU теперь отлично работает с iATU. Но появились новые проблемы: почему-то у Zephyr deferred log застревает, а immediate иногда грохается в драйвере UART — но, естественно, только на Palladium, где отладчик не работает (точнее, не работает GDB, а trace32 я не умею пользоваться, и не особо хочу учиться, больно он ужасен на вид).

Фотография дороги по пути на работу:

Опять было светло и холодно (утром около ноля, днём около десяти Цельсия).

Колибри за домом обожают малюсенькие поилки, запрятанные в кустах, и не любят большие поилки. Но грядут же морозы, и маленькие будут замерзать. Поэтому я заказал специальную штуку с лампочкой, которая включается в розетку, и может держать большую поилку рядом с домом тёплой. Сегодня эту хрень прислали, в выходные попробую её запустить — до весны.

Манечка починила одну старую испорченную рамку, вставила в неё коврик с собором Василия Блаженного, который нам когда-то подарила матушка, получилось очень красиво.

Я весь день проторчал на работе: с восьми и до шести вечера (несмотря на вялотекущую простуду). Запрограммировал iATU, и вроде бы всё заработало на Palladium, зато сломалось на QEMU. Под вечер я пытался добавить симуляцию iATU на QEMU, но не успел.

Фотография по пути на работу, под мостом, где солнце в глаза бъёт:

Вечером обсуждали с Тимошиком увольшения: прошедшие у нас, и грядущие у них. Его запросто могут выпереть, но он будет скорее рад, займётся своими проектами с полной отдачей.

И, кстати, я был неправ по наши увольнения в прошлую среду: надо было написать вместо «у нас в организации из 300 уволили трёх», «я только знаю про трёх человек в обозримой окрестности». Потому что я: а) очень слабо понимаю про нашу организацию, и б) уж тем более не знаю, кого уволили — расстрельных списков же нету…

День был солнечный, но холодный.

Мы с Манечкой вчера спать легли около полуночи из-за идиотского фильма, сегодня проснулись в пять, поэтому весь день были варёные. Она днём возилась с картинами, вечером поиграла в теннис, и даже выиграла. Я проторчал полдня на работе, потом трулся из дома. Фотография по пути домой:

Завтра опять напрягаться, и ещё куча совещаний, поэтому скорее упасть.

Холодно!

Мы с Манечкой утром нашли свободные полчаса на одном из кортов в клубе и съездили проверить, может ли Манечка играть. Выяснили, что да, осторожненько. А я совсем разучился, и запястье болит.

Днём занимались своими делами: Манечка заканчивала картину, я учился. Вечером поиграли с Тимошей и Мили в настольные игры, потом досмотрели до конца ужасный сериал «Un Asunto Privado».

Фотография по дороге на теннис утром:

Завтра начинается рабочая неделя. Очень хочется не заболеть.

Погода была холодная и светлая, днём был момент, когда куст у нас за домом очень красиво светился, прямо сиял светом, и я успел его сфотографировать:

Манечка почти закончила новую картину, получается очень мощно. А потом она нам приготовила чудесный испанский обед. Я полдня учился программировать маленькое устройство на языке Rust, надо сказать, что там пока всё далеко не так прекрасно, как с компьютерами среднего размера… Потом мы попытались смотреть разговор двух умных людей про буддизм, но после сорока минут сломались: Лейтан не отвечает на вопросы, тонет в деталях, нормальным людям слушать такое невыносимо.

Вечером ездили в гости к друзьям, смотрели их фотографии из поездки в Европу. Коля прекрасно фотографирует, сразу видно глаз человека, который смотрел и продолжает смотреть на картины.

Я вчера дочитал Серёжин перевод, начал читать оригинал «Catcher in the Rye», сегодня план — прочитать те места, которые меня в переводе смущали (поначалу, потом-то я привык).

Какая была погода — даже не знаю, не до того было. Весь день я программировал и отлаживался, всё гениально переписал, ничего странного не осталось, на QEMU всё работает как из пушки, а на Palladium — ни хрена. Придётся в понедельник опять напрягаться.

Фотография Манечкиных увядающих роз, которые ей подружки вчера подарили:

Пойду скорее дочитывать Егоровский перевод «Catcher in the Rye», там не так много осталось, надеюсь сегодня дочитать до конца.

Ночью было чуть выше ноля, днём — аж 7.4°Ц.

У Манечки спина всё ещё болит, что делать — непонятно. Днём она рисовала, кормила обедом нас с Г.Я., которая ненадолго заезжала. А вечером её позвали подружки куда-то.

Я опять работал из дома, сегодня к вечеру всё починил, и код выглядит вполне прилично, хотя на самом деле там происходит что-то странное… Завтра попробую как оно будет работать на Palladium, в худшем случае придётся опять всё обвешивать отладочной печатью и разбираться всерьёз.

Фотография на дворе, практически в темноте:

Вечером в компьютере прорезался Ваня, сказал, что его укусила сова.

Погода холодная, но светлая.

На работе творятся какие-то пиздецы, но как всегда и везде — наказание невиновных, награждение непричастных, и т.п. У нас в организации из 300, что ли, человек, уволили трёх: 1) старика Ларри, который якобы когда-то где-то что-то делал по поводу congestion в TCP/IP, но в последние годы — ничего вообще, 2) невнятного Шарада, который пришёл сколько-то недель назад откуда-то ещё, и тоже ничем хорошим себя не зарекомендовал (по словам человека, которому я доверяю), и 3) Максима, с которым сложнее: если он был уровень 4, то зря его уволили, а если 5 или выше, то — понятно, почему: не оправдал своего содержания.

Утром я ездил к доктору Тульчинскому по поводу выпавшей огромной пломбы в зубе мудрости. Как же у них там прекрасно!

Манечка работала над новой картиной, Тимоша на работе напрягается, Саша прислал сообщение, что сегодня ему не до музыки, но завтра попробуем. Жизнь продолжается. Фотография Тимоши у него в спальне с чашкой кофе:

А теперь я надеюсь дочитать Егорушкин перевод «The Catcher in the Rye».

Погода холодная, днём было 5.5°Ц, сейчас ноль, и ещё чуть холоднее станет ночью.

Я на работу не пошёл, трудился из дома, ничего хорошего сделать не получилось, только получилось узнать, как оно должно функционировать. Завтра придётся напрягаться, чтобы это запрограммировать.

Вечером съездили в город на концерт Трифонова («Детский Альбом» Чайковского, Шуман, странная фантазия Моцарта, зубодробительный Равель, 5 соната Скрябина).

Фотография от университета на юг:

Погода была мокрая и очень тёмная. Вечером случился град размером с горошину.

Манечка рисовала, я на работе весь день трудился. Вечером забросил наши избирательные бумажки в ящик, по пути сфотографировав улицу:

Тимошик показывал новую штуку, которую он делает для себя — отличную, и рассказывал, как он нашёл себе ментора. Вечером Ваня прорезался в компьютере с интересными речами, я не уверен, что правильно его понимаю, но пытаюсь поддерживать.

Местная газета пишет, что 300 тыц человек сидели без электричества, но я не знаю, насколько им верить. Космические снимки показывали мощную струю облаков с юго-запада, им верить точно можно…

Манечкиной спине всё ещё плохо, видимо играть в теннис Манечка некоторое время не сможет, и не очень понятно, как ей рисовать.

Я весь день учился программировать и играть музыку. Среди прочего узнал, что компьютерный синтезатор Surge XT стал теперь совсем хорошим, особенно для модных клавиш. Гулять никто не ходил, фотография Манечкиных цветочков на кухне:

На работе ожидаются массовые увольнения.

Во вторник мы надеемся услышать-увидеть Трифонова живьём, хоть и со своебразной программой. А новый мультик про Битлз я почему-то не смог досмотреть до конца, что-то в нём есть отталкивающее… (И у Манечки похожая реакция.)

Ночью был сильный ветер, у нас свет моргал, а примерно 80 тысяч человек в нашей местности остались без электричества на какое-то время.

Утром я кормил голодных птиц и пытался научиться тому, как нынче посылают координаты из телефонов в фотоаппараты, узнал много для себя нового, но радости не особо много. Манечка рисовала свою картину, а вообще-то у неё поясница сегодня чувствовала себя хуже, чем вчера. Ещё я копался в своих старых фотографиях, понял, что вначале снимал в JPG, поэтому отдельных обработаннах-«проявленных» фотографий тогда не было. Это усложняет структуру базы данных.

Вечером ездили в гости к друзьям, очень хорошо пообщались, а также познакомились с модной собачкой.

Фотография одного из Манечкиных букетов на кухне:

Завтра можно спать на час дольше!

Темно, холодно, мокро. С океана приехала «воздушная река», на космических снимках видно, с какой жуткой скоростью днём летели облака.

Манечке стало гораздо лучше, она ездила в клуб общаться с китаянками, думает на следующей неделе осторожненько играть в теннис.

Я утром был на работе, потом вернулся программировать и играть музыку дома.

Фотография по дороге на работу утром:

Вечером приезжала Г.Я., отмечали Манечкин прошедший день рождения.

Завтра обещают похолодание и чуть ли не снег.

Опять холод, сырость, и темнота. У меня сегодня две фотографии — одна по пути на работу, другая — наоборот, по-моему, очень в духе Писсаро:

Манечке полегче, она не только ходит по дому, но даже в магазин сама сьездила.

У меня на работе какая-то муть: железяки недоступны, запулить мои изменения в общее кодохранилище получилось только поклявшись «тут всё сломано, но это не я сломал», и т.п.

Ещё сегодня я вдруг вспомнил имя гитариста, чья чудесная пластинка у меня лежала в папке с момента её выхода, и я почему-то думал, что это Ларри Карлтон, а он — Дэнни Гаттон! А теперь я её буду слушать по пути на работу. Можно на ютубе посмотреть как это было.

Утром было темно, днём в Белвью шёл сильный дождь, а к вечеру небо прояснилось.

Манечка болела дома, ей стало получше, она даже подстригла полузасохший папоротник. Я на работе упирался, научился пользоваться QEMU консолью, выяснил, что наши две QEMU правильно связаны общей памятью, а то ли буддиста, то ли мой (теперь уж не понять) код смотрит не на ту страницу. Починил, всё заработало!

Фотография по пути домой:

Холодно, темно, противно.

Манечка болела дома, я трудился на работе, а после обеда мой разработческий сервер где-то в середине Америки сдох на самом интересном месте, и я вернулся домой, ничего хорошего не добившись.

Фотография Манечки, сделана утром, за окном — синий свет:

А ещё у нас тут умер в 50 лет от редкого рака хороший электронный музыкант Норм Чамберс. Такие дела.

Ночью шёл сильный дождь, днём погода была холодная и тёмная. Фотография по пути на работу утром:

Манечка лежала дома, иногда вставала, горевала, что пропускает теннис.

У Вани какая-то сложная ситуация с головой, его мама попросила с ним погулять в четверг, посмотрим, получится ли…

Манечке чуть получше, во всяком случае она смогла дойти до такси, высидеть полчаса до аэропорта JFK, там просидеть два с половиной часа на стуле, дойти до 35го ряда в самолёте, потом нас Тимоша привёз домой, с заездом за едой, а теперь она расслабляется в постели.

В самолёте Манечка посмотрела два фильма а я читал две книжки: A Confederacy of Dunces и продвинутую книжку по языку Rust.

Фотография с самолёта за минуты до посадки, я перегнулся через Манечку и что-то сфотографировал, оказалось — мост 520й дороги со стороны города, я его так никогда раньше не видел:

В номере отеля забыли паспорта, в сейфе, но Манечка им позвонила, и вроде их уже вытащили из сейфа, и есть какая-то стандартная процедура их получить назад.

Завтра на работу.

В Нью-Йорке. Манечкиной спине примерно так же, как вчера, Манечка лежала весь день в постели. Я ходил за едой, а в остальное время был рядом с Манечкой, читал. Вчера прочитал нового Пелевина, сегодня — Сорокина.

Фотография из окна, с отражением болеющей Манечки:

Завтра рано утром попробуем улететь в Сиэтл. В аэропортах Манечке, вроде бы, дадут инвалидное кресло, чтобы не ходить, а вот с остальным будет трудно, ехать до аэропорта здесь полчаса, лететь 6 часов и 17 минут, и там ещё ехать полчаса…

В Нью-Йорке.

Утром пошли в музей, по дороге остановились позавтракать, Манечка там как-то неудобно сидела, отчего ей прихватило спину, сильно. Медленно-медленно добрели обратно до гостиницы, с трудностями уложили Манечку в кровать, я побежал в аптеку за лекарством, потом за поясом и пластырем, потом за едой и вином, теперь вот не унываем:

Очень хочется надеяться, что получится доехать до аэропорта и что из самолёта Манечка сможет выйти сама, но пока оснований для таких надежд — немного…

В Нью-Йорке. Погода всё ещё светлая и тёплая, хотя завтра обещают похолодание.

Утром ходили в Мет, смотрели картины, в основном импрессионистов, а потом голланцев (которые временно на первом этаже, или даже, наверное, в подвале). Видели и неожиданное: среди импрессионистов вдруг висит пронзительный портрет Гаршина работы Репина, а рядом с грубым Добиньи — почти фотографический пейзажик Рико. Хорошо там, отличный музей. На этой фотографии видно, что солнышко светило:

Вечером ещё сходили на открытие выставки Зои в крохотную галерейку Sugarlift. Зоя обрадовалась Манечке, они давно не виделись, пообщались. На обратном пути прошли мимо красивой «маленькой церкви», а потом попали в отличное секретное место на крыше отеля, это был подарок Манечке от Наташи А.

Сегодняшние фотографии я уже «проявил» и добавил к альбому.

Только, как говорил М.М.Чистяков, «ноги стоптали до жопы», потому что прошли по улицам километров 13, что ли?

В Нью-Йорке. Погода прекрасная — около 20°Ц весь день, днём было пасмурно, а на закате солнышко выглядывало.

Проснулись поздно, медленно добрались до Бруклинского музея и проторчали там, кажется, часа четыре. Внимательно осмотрели древние артефакты, порадовались неплохой выставке импрессионистов, с хорошей картиной Писарро, хотя освещение оставляет желать лучшего, и стены слишком светлые и яркие, поэтому картины сильно проигрывают… А в конце добрались до пятого этажа и там нашли очень интересный склад:

Вечером встречались с Глебушкой в корейском ресторане, который оказался ужасно модным, мы, выходя, поразились тому, какая длинная очередь.

Манечка научилась платить телефоном (на примере Нью-Йоркского метро). Я вечером обработал сегодняшние фотографии, получается альбом.

Завтра опять собираемся по музеям…

Ночью спали плохо, по разным причинам, утром проснулись рано, Тимошечка нас отвёз в аэропорт, боялись опоздать, а самолёт на полтора часа задержали. В N терминале, оказывается, есть скульптура лошади, которая выглядит, как будто сделана из подобранных на пляже деревяшек. А на самом деле — из бронзы, которая искусно покрашена, чтобы выглядеть так. Мы с Манечкой работы этой тёти очень давно знаем, и они нас продолжают радовать. Вот какая лошадь:

Самолёт летит пять с четвертью часов (я слушал бесподобное чтение «A Confederacy of Dunces»), плюсь три часа разницы, получается что вылетели мы в полдень, а прилетели в EWR в полдевятого вечера, пока вышли, пока ждали убера и ехали до гостиницы, стало десять. Купили бутылку мальбека в соседнем винном магазине (работает до 23:00!), теперь Манечка смотрит новости на компьютере, я пишу эту запись, и пора спать, чтобы завтра побольше успеть.

Утром было 8.2°Ц, днём — 11.4°Ц. Особых дождей не случилось, но природа была мокрая, вот например:

Это мы нашли у себя под «балконом» маленькую грязненькую весёленькую розу. Вечером Манечка её срезала и подарила Тимошиной Мили (мы с ними ужинали).

Утром приезжала Г.Я., чтобы слегка подстричь Манечку, а ещё чтобы мы решили её телефонные проблемы. Первое получилось, второе — нет.

Я опять учился языку Rust, начал получше понимать логику их обработки ошибок, присобачил новый thread, который получает от остальных «работников» данные и мог бы писать их в базу, только я ещё не продумал её структуру.

Ночью капало, днём опять было темно и очень холодно, но сухо.

Манечка хлопотала по хозяйству, а я учился программировать на языке Rust. Сначала заметил, что бибилотека gexiv2, которую вызывает rexiv2, полна ошибок, её использовать нельзя. rexif и kamadak-exif не умеют raw, exif — вообще чушь, а вот эта штука вызывает настоящий exiftool, поэтому работает. Но медленно, поскольку целый Perl запускает. Поэтому пришлось научиться обращаться с threads и channels, и я научился: теперь моя штука создаёт столько threads, сколько в компьютере процессоров, и раскидывает по ним работу. Следующий шаг — чтобы они посылали данные в базу. Попробую завтра это сделать (у меня отпуск завтра начинается).

Вечером съездили с Манечкой погулять напротив Мэримура, там где гребной клуб. Видели цаплю и пару интересных уточек. К сожалению, самец быстро спрятался, получилось только самочку сфотографировать:

Она похожа на Common Merganser, но почему-то у неё нос не красный. Странно. Ещё есть несколько фотографий просто видов там вокруг.

Пойду попробую дочитать последнюю главу Дойча.

Всю ночь шёл сильный дождь, но у нас нигде ничего не затопило. Утром было холодно — 7.4°Ц, днём — всего 9.2°Ц.

Манечка рисовала, я программировал для себя на языке Rust, научился доставать EXIF из фотографий, и начал изучать как обращаться к базе данных, завтра попробую научиться работать с threads.

Вечером погуляли, видели синий вечер:

А потом посмотрели вторую серию мультика про муми-тролей наших друзей.

Ура, пришли дожди, смыли дым!

Я утром убежал на работу, и весь день без остановки изучал незнакомый мне кусок кода, пытался его оживить, и ничего не получилось, какая-то необъяснимая фигня творится.

Зато вечером помог Тимошику: он пишет бумагу для нового проекта, я ему посоветовал как её сильно улучшить, оказалось, что он и сам так думал.

Почта принесла подарок от Егорушки: две книжки, которые он сам сделал, во многих смыслах. А одну, можно считать, и написал. Мне кажется, что художественный перевод приравнивается к авторству.

Фотография двора под дождём:

(видно как сильно обрезана одна оставшаяся рябина, бедные дрозды…)

Дойча осталось прочитать три, что ли, главы — надеюсь за выходные закончить.